ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ
Юмористические книги: лучшее из свежего
 Лучшее из свежегоСвежееЛучшееОбсуждаемоеЧитаемое

Ирония от А до Я

(Михаил ЯР)
170 Про книги 2013-08-08 7 7561
"Литературка" сообщила о выходе моей новой книжки:

Литературная газета
№ 28 (6422) (10.07-16.07.2013)
Клуб 12 стульев / Читалка
Алфавитное пиршество

Когда-то южная школа дала российской словесности много великолепных писателей: Ю. Олеша, Э. Багрицкий, И. Бабель, В. Катаев, И. Ильф и Е. Петров и т.д. Сейчас Одесса находится за границей. Но свято место пусто не бывает. Должен же на Чёрном море быть город, который готовит литературные кадры. Похоже, эту обузу готов взвалить на свои плечи Новороссийск. Вслед за нашими постоянными авторами Е. Вербиным и А. Мураем там заявил о себе ещё один самородок – Михаил Ярохович, выпустивший сборник стихов и одностиший под кодовым названием «Ирония от А до Я» (Новороссийск, Одиссей, 2013).
Структура сборника проста, как апельсин: стихи, названия которых начинаются с одинаковой буквы, помещаются в одну группу. «Абсурд», «Автомобили», «Алкоголь» и т.п. собраны под литерой А. «Базар», «Банкоматы», «Баня» и т.п. тусуются в группе Б. Примеры мы тоже подберём от А до Я.

АНГЛИЙСКИЙ ВАРИАНТ
Когда допивается виски,
Съедая остатки закуски,
Стараюсь уйти по-английски,
Пока не послали по-русски.

МАТ
Русский мат - это гадость такая.
Зря твердят, что у нас он рождён.
Русский мат к нам пришёл из Китая,
А точней - из китайских имён.

СУДЬИ И ВЗЯТКИ
Судья судье ничуть не гадит,
Когда, суровый сделав вид,
Один за взятки вас посадит,
Другой – за них освободит.

ЯЗЫК И ЗУБЫ
В моей душе, как в танке, глухо
И зубы целые пока,
Поскольку что влетает в ухо,
Не вылетает с языка.

Это не первая книга М. Яроховича и, надо полагать, не последняя. Тем более что за автором должок: в сборнике нет ещё стихов с названиями, начинающимися на Ь, Ъ и, что особенно досадно, на Ы – всё-таки пара слов из якутского языка к нам перекочевала.
Дорогие друзья.
Крупнейшее издательство России, «ЭКСМО-АСТ» к 23 февраля издало мою книгу «100 % юмора. Армия, авиация   и немножечко флота». Это первая книга в прозе, хотя стишки там тоже будут. Редакторы   в «Эксмо» сплошь и рядом милые барышни, слегка «поработали ножницами», вырезав   до 25 % материала, но это логично. Генерал Лебедь утверждал: «В армии матом не ругаются, на нем там разговаривают» . Книга читается ЛЕГКО и быстро, короче - если купите - НЕ ПОЖАЛЕЕТЕ. Коротко по темам:

l. Армейские выражовывания:

1. Управление войсками должно походить   на зарытый в землю резиновый шланг, то есть быть непрерывным, гибким и скрытным.
….
257. Если вас наказали НИ ЗА ЧТО - РАДУЙТЕСЬ, ведь вы же ни в чем не виноваты!!!

523. Попал в Таманскую дивизию - ГОРДИСЬ! Не попал - РАДУЙСЯ!


ll. Стихи:

***
Есть в армии   два правила   несложных,
Которым   надо   следовать,   друзья:
В   атаке   обгонять   комбата   МОЖНО,
Зато   при   отступлении - НЕЛЬЗЯ!

*Доклад комдиву *
С гипертонией в этой роте
Нет ни   единого   солдата!
Тут ротный научился вроде
Сбивать давление... лопатой.

*Челябинское военное училище*
Полковник говорил о танке
А я мечтал и   думал   снова:
Как хорошо быть на гражданке
… Гражданке Маше Ивановой.

*Рацион в Армии *
Овсяной   кашей нас, на самом   деле,
Кормили даже чаще, чем перловкой.
Овса   мы   за   два   года   столько съели,
Аж лошадям в глаза смотреть неловко.

*Наряд вне очереди *
Недавно наш начальник штаба
В   приказе   вспомнил   обо мне,
Хотя и вёл   себя как баба:
(Одни   НАРЯДЫ на уме).

*Оборонсервис *
Мы не боимся злобного врага,
Но наступать у русских нет и мысли.
Пускай   "броня по прежнему крепка",
Колеса с БТРа кто-то сп@здил ...

*Дополняя Суворова *
В армии, немало балагуров
Ротный, рассуждая   о гранате
Так сказал:   Уж если   "пуля - дура",
То граната - бестолочь в квадрате.

lll. Армейские истории


177.   Постановка задачи на завтра:
       — Отрывка окопов начнётся завтра, ровно в восемь часов.
       — Утра или вечера?
       — Для тупых повторяю: Отрывка окопов начнётся завтра в восемь часов дня

И т.д. и т.п.
История появления книги: В 1977 году я поступил в Балашовское высшее военное авиационное училище летчиков. Как только наш ротный сказал первых 3 слова, я понял, за ним нужно записывать. За 35 лет селекционной работы накопилось немало материала. Эта книга будет прекрасным подарком к 23 февраля для Вашего друга.

Удачи всем.

Дорогие друзья, прошу разделить со мной радость издания в крупнейшем российском издательстве "ЭКСМО", моей очередной книги "Хулиганские стихи", цена 220 р. - (это по 25 копеек за один стишок). Книга с похожим названием была издана в 2007 г. и выложена на ХД в 2009. Название оказалось очень популярным, многие читатели ищут эти два слова в поисковиках, поэтому решил повторить его, лишь заменив слово "стишки" на "стихи".   

Вот ссылка на сайт "ЭКСМО"    Жми сюда

Чтобы интрига оставалась,   ниже публикую лишь   несколько четверостиший о себе.

Пишите ВСЕ, кто хотел бы получить книгу в подарок с автографом автора (БЕСПЛАТНО), обещаю бОльшую   часть из 50 авторских экземпляров раздарить друзьям и знакомым с ХД, всем кто хвалит и критикует, оценивает стихи и   вообще помогает совершенствовать их. Не будь Вас, я не смог бы так и столько писать...


Стихи   об авторе


***
Какой   прекрасный парень   Я!
Совсем   не   нудный,   для   поэта.
Вот   были б   у меня друзья,
Они   бы ПОДТВЕРДИЛИ это...

*Глава семьи *
Моя семья живёт, как в сказке
Ведь я способен даже пьяный,
Всех   ОКРУЖИТЬ ТЕПЛОМ И ЛАСКОЙ,
(При этом не вставать с дивана...)

*Спонтанное решение *
Вчера проснулся среди ночи
Вскочил, включил на кухне свет...
Коньяк был выдержанный очень,
А я, как оказалось, НЕТ …

***
Труба на смертный бой меня зовет
А я подумал:   Всё, Андрюха,   хватит,
Мне надоело то, что крик "Вперед!"
Обычно раздается только СЗАДИ…

***
Знают   все, что   стал   аскетом я
И    причем    достаточно давно   
На себя не трачу ни рубля
(Трачу всё на БАБ и на ВИНО).

*Толстячок *
Я   не знаю   (вот   за   что   обидно)
Точный вес свой, граждане пока
Без трусов мне взвешиваться стыдно
А в трусах ̶ погрешность велика...

***
К коту терпимей, чем к поэту
Моя   жена - таков   итог!
Я чтобы убедиться в этом,
Три раза   ссал   в   её   сапог.

Юмор на лету

(Андрей Ситнянский)
132 Про книги 2019-03-02 14 3438

Добрый день друзья. Начиная с 27.02.19, перед каждым, у кого есть лишние 3 евро (230 руб.) стоит непростая задача, как их потратить?
Можно купить 370 грамм «Докторской» колбасы (которая никого не лечит) или 395 грамм «Любительской» колбасы (которая никого не любит), а можно купить мою 7-ю книгу - «Юмор на лету» и положить ее в ТУАЛЕТЕ.
Если Вы выберете 3-ий вариант, то я гарантирую - самые веселые часы своей жизни Вы проведете именно там. Книга выпущена издательством «ЭКСМО» самым крупным в РФ, в неё вошли 700 новых стишков. У издательства обширная дистрибьюторская сеть и при заказе книги на сайте издательства Жми сюда доставка в Ваш город будет стоить не дорого, в крупных городах книгу можно купить в книжных магазинах. Всего один стишок об авторе:

Какой хороший парень Я!
Совсем не нудный, для поэта.
Вот были б у меня друзья,
Они бы ПОДТВЕРДИЛИ это...

Веселого Вам прочтения!
Ваш АС

КНИГА ВЫШЛА! НЕСЕРЬЁЗНО О СЕРЬЁЗ ...

(Иногда (В.К.))
112 Юмористические книги 2019-10-07 3 2124

НЕСЕРЬЁЗНО О СЕРЬЁЗНОМ! Друзья, свершилось! В уфимском издательстве "Прокопий" увидела свет моя книга "Несерьёзно о серьёзном", которая полностью состоит из юмористической поэзии. Это, можно сказать, итог десяти лет творческого пути. В книгу вошли, как широко известные и часто исполняемые на концертах стихи, так и не знакомые широкой публике, но оттого не менее вкусные "изюминки"литературного творчества!
Книга сделана в приятном формате и удобно держится в руках. Она легко читается благодаря грамотно подобранному издательством, типу и размеру шрифта. Прекрасно иллюстрирована известным художником-карикатуристом из г. Таганрога, Анатолием Мамычевым. Увлекательно рассказывает о личности автора и его творчестве с трёх разных сторон во вступительной части.
Книга издана небольшим тиражом, поэтому практически сразу же попала в разряд библиографической редкости, хотя по нескольку экземпляров книги доступно в центральных библиотеках Москвы и в нашей Республиканской библиотеке.
ПРИОБРЕСТИ книгу уже можно! Для этого нужно обратиться непосредственно ко мне (Пишите в личку). При заказе из других регионов книгу отправлю почтой или любым другим удобным для вас способом. Конечно же с надписью и автографом! Что касается цены, она эквивалентна цене за одну бутылку "непалёного" российского алкоголя. ))) Пишите, заказывайте, смейтесь на здоровье и закатывайтесь от хохота!

С улыбкой, весь ваш, Владимир Кузьмичёв

Сегодня наконец вышла моя новая книга. С чем я себя спешу поздравить!

Огромное спасибо Анатолию Мамычеву за обложку и иллюстрации!

В книгу вошли более 2500 миниатюр.

350 страниц. Тираж небольшой.

Цель поста - проинформировать друзей и знакомых о том, что "Пятая книга" появилась в продаже в "Библио-Глобусе" на Лубянке, ещё в нескольких магазинах Москвы, а также в интернет продажах. Цена - примерно 160 руб Ссылка тут:

Жми сюда

Возможно, большей не было интриги
В стране на протяжении веков:
Любой дурак сегодня пишет книги,
Но издаёт лишь ЧЕТВЕРТЬ дураков!

В наши дни путь "паета" к своему читателю труден и тернист, как никогда.

У всех странички личные в сети,
Все пишут, издавая фолианты,
Поклонников сегодня не найти,
Куда не плюнь, кругом одни таланты...


Воистину, прав был Анри Жуассон, утверждавший: "Писать картины - это ремесло, продавать их - искусство". Дело даже не в том, что наш современник за свою жизнь пишет 6 книг, а читает лишь 2. Настоящей бедой стало то, что поэзия (сатирическая в том числе) сегодня не продается. Не продается просто НИКАК (по крайней мере так мне сказали в издательствах люди, с которыми я сотрудничал, издавая предыдущие книги).
    Вообще-то творческие люди ревностно относятся к успехам друг друга. В послесловии к "Хулиганским стишкам" писал:

Доселе никогда в родной Отчизне
Таких чудес пока не видел свет.
Чтобы хоть раз, желательно при жизни,
Поэта похвалил другой поэт.


Говоря иными словами, "популярные писатели редко бывают популярны у писателей". Однако сегодня ситуация изменилась. Сейчас любой успех, любого поэта помог бы остальным. Как только общество заинтересуется юмористической поэзией, оно получит её немедленно и очень много.
    Если мне повезёт сделать прорыв к сердцу читателя, обязательно возьмусь за издание ежемесячного альманаха под названием "Поэзия талантливых дилетантов". Сегодня есть огромный выбор хороших стихов, хотя найти их среди тонн "шлака" совсем непросто.
    Именно тут я вижу своё главное преимущество: более 10 лет публикуя дурацкие стишки в нете - знаю практически всех интересных авторов, то есть я знаю, "где искать"!!! Разумеется, любой кто возьмется за эту работу будет субъективен, но за себя я не переживаю - у меня хороший вкус. Ох уж эта жажда популярности!

Не устаю всё время волноваться:
Каким запомнишь ты меня, страна?
Конечно, у меня есть репутация,
Но я намного лучше, чем она...


Самый надежный способ добиться успеха в жизни, это получать деньги за то, что ты готов делать бесплатно. Не собираюсь зарабатывать деньги на творчестве, (их пока и так больше, чем говна в городской канализации), но вынужден признать: Единственный настоящий критерий успеха, это коммерческий успех. Писатель - это не тот, кто пишет. Писатель - это тот кого читают, кого ПОКУПАЮТ. Лично мне поэзия дилетантов нравится больше, чем творчество тех, кто называет себя писателем.

Я познакомился недавно с мужиком,
Который знал Монтеня, но при этом
Всю жизнь работал в лавке мясником…
(Хотя в душе он всё же был поэтом!)


Знаю много интересных авторов, поэтому часто задаю себе вопрос: Андрюха, только ли твоя врожденная наглость позволяет тебе надеяться на успех? Похоже нет! Есть ещё одно преимущество: за 20 лет написано свыше 10 000 стихотворений. Половина из них - дерьмо, ещё 1,5 тысячи, "почти хорошие" (кстати, они то и доставляют больше всего хлопот, отнимают драгоценное время, пока всё же не решишься "выбросить" их из сборника), но оставшиеся 4 000 - вполне приличные, читабельные стишата. Помню, посвятил себе строки:

Пишет много поэт неспроста.
Не проходит без строчки и часу.
В голове его уйма овса,
Это нравится очень Пегасу.


Ладно, вернусь к основной теме поста: купите эту книжку и будет всем Вам СЧАСТЕ... Во-от. А не купите, мы с Миллером отключим Вам газ (особенно касается украинцев).

Великих признают лишь после смерти.
(Доходит туго видимо до нас)
Но я-то не велик, друзья, поверьте!
... Прошу признать меня немедленно. Сейчас!
Жми сюда
Книга представляет собой сборник ироничных стихотворений о замечательной игре – теннисе. Эта игра не имеет возраста. Автор утверждает: вошедшим – из тенниса выхода нет! Любитель тенниса найдет здесь массу как полезных, так и "вредных" советов, пародирующих суровые пособия и правила любительского тенниса. Возможно, после прочтения книги кто-то лично возьмет в руки ракетку, чтобы пройти тернистый и весёлый путь спортсмена от детского сада до конца жизни.
Рабы азарта
А.В.
Я знал одну даму, что проводила
Полжизни на пару с ракеткой,
И в теннисе званье Великая Жила,
Она получила за это.
Профессор известный, теперь академик.
Его не могли отучить
Себе присуждать, словно гранты и премии,
На корте чужие мячи.
Знал пару супругов, игравшую вместе
В таком сокрушающем стрессе,
Как будто они выступают не в “миксте”,
А в бракоразводном процессе!
И что говорить про того генерала,
Который орал, как динамик,
Себя укоряя:
– Мазила! Марала!
Сундук антикварный с клопами!?.
Я знал эту даму, того генерала,
Супругов, себя самого,
Которым до счастья порой не хватало
Всего-то очка одного.
Сколь часто блеснувшая было удача,
Померкнув, кончалась печально,
И корт становился стеною плача,
Построенною горизонтально!
2003 г.
По теннисному счету
Теннис прекрасен. И тем не менее
Он вызывает недоумение
Счётом, что трудно придумать туманнее
Жителям не Великобритании.
Розыгрыш первый запомнить легко:
БЭМС! – и запишем 15 очков.
– Два по 15, наверное, 30?
Как Вы догадливы, братцы-сестрицы!
– Третья попытка даёт 45?
– Нет!.. Арифметика может гулять:
В теннисе правильно нужно считать –
Сорок! Не суйте мне в нос калькулятор.
Сорок – и баста! Закроем дебаты...
Неразрешима для многих задача,
Где на тай-брейке стоять при подаче.
Четной считают позицию первую,
Это на слабые действует нервы.
Незакаленные в ступор впадают:
– Четная первая, а не вторая?..
Одновременно оставлено право
Ей называться по-прежнему правой.
– Четная – справа? – суровый моряк
С этим не мог примириться никак
И уверял игроков сухопутных:
Четные с левого борта каюты!
Или – одна петербургская дева,
Что становилась упрямо налево
И объявляла в решительном тоне:
– Два-два!!! –
Партнеры впадали в агонию…
А напоследок она вопрошала:
Я победила или проиграла?
– Это не важно в конечном итоге,
Лишь бы за нас были сетка и боги!
27.09.2003
И т.д.

Своим флотским друзьям и сослуживцам посвящает Автор, капитан 1-го ранга в отставке, этот сборник весёлых стихов.
Для соблюдения военной тайны названия боевых кораблей и некоторые фамилии изменены. Всё остальное – чистая правда, слегка зарифмованная.
Прошу меня хвалить и ругать. Сборник как электронная книга размещен на сайтах:
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда

ЧАСТЬ I. РАКЕТНЫЙ КОРАБЛЬ "ПРОНЫРЛИВЫЙ".

Остаться на века

Сегодня с той поры прошло немало лет,
Но помню кое-что о славном корабле.

И если кто меня совсем некстати спросит:
– Как назывался твой большой ракетоносец?

– "Пронырливый"! – ему отвечу горделиво, –
Название тебе подсказывает вывод?

Вот именно пройдёт пронырливо и смело
Хоть боны, хоть Босфор, а то и Дарданеллы,

По цели нанесёт удар ракетой вдруг,
Ракетой, что пальнул товарищ Поминчук

Прокопий – ведал он артиллерийской частью,
(А я электрик был, имел такое счастье).

О Проше почему рассказ я поведу?
Да потому что П имею я ввиду.

Порою командир сойдёт гулять на берег
И целиком корабль Прокопию доверит:

– Чтоб было всё тип-топ!
– Есть! – отвечает тот...
И через пять минут он сварщика зовёт.

Подкову показав, командует ему:
– Приваришь, Иванов, эмблему на корму!

А в следующий раз объявит Иванову:
– Приваришь, Иванов, на камбузе подкову!

Затем – и на трубу, фок-мачту, на шкафут…
Подковы, что грибы, на корабле растут.

По пьяни Поминчук нам пояснил однажды:
– В истории свой след оставить должен каждый.

Чтоб не пропасть навек затерянным в толпе…
Проны́рливый – на П, и Поминчук – на П!

"Проны́рливый" – давно, увы, металлолом,
На берег мы ушли, но я с Поминчуком

Согласен и навек кривые строчки эти
Оставлю, как свой след, вам, черти, в Интернете!

Пусть не оставлю, пусть развеюсь, словно пар, но
Великой букве П – жить долго популярной.

15.11.2014
***

Военно-морской поход на Грузию

Было времечко, наш Флот Краснознамённый
Уходил не слишком далеко за боны.

Выйдем в точку, забабахаем в мишень
И вернёмся в Севастополь через день.

Но по осени почти что каждый год
Намечался мандариновый поход,

Или штурманский, как значился в отчёте,
Потому что надо было в город Поти,

То есть бывшую тогда морскую базу
Угодить, с прокладкой курса не промазав.

Как завещано ещё царём Петром,
Был бы Флот у нас, а гавань мы найдём!

И ещё у нас с Серёгою задача –
Намечалась: самогон кавказский – чача.

Знатоки уведомляли: "Чача в Поти?
Заходите в каждый дом, её найдёте".

– Гамар джоба! – говорит хозяин пылкий, –
Скока, литра?.. Эта будит два бутылки.

Сомневаемся:
– А чача-то крепка?
– Чтоб в минэ совсэм отсохнут языка!

Вай, зачэм нас обижаэшь, гэнацвалэ,
Мы когда тэбэ плохого наливали?!

И плеснув товар на стол в широком жесте,
Запалил его на самом мокром месте,

Синим пламенем заполыхала сакля!..
Все сомнения у моряков иссякли.
***

В нашей гавани тонули моряки

В Севастополе июльская жара.
Утюгами раскалились крейсера,

Да и прочие бедняги-корабли
В адмиральский час совсем изнемогли.

Вот спускается за борт железный трап,
Разрешается купание, ура!

Покупались, возвратились на расчёт,
Все в строю, но одного недостаёт…

А поскольку в Черном море нет акул,
Дело ясное – бедняга утонул.

Адмирал наш в тот же день издал приказ,
Чтобы легкий корабельный водолаз

Обеспечивал купание и впредь
Утопления в командах не иметь.

Ну-с, по флоту Черноморскому всему
Отработали – так точно!..
Одному

Моряку, однако, вновь не повезло
Или сам он утонул кому назло.

Адмирал вошёл в большой ажиотаж:
– Стервецов отныне вывозить на пляж,

Не пущать нырять на рейде и с борта́,
Если плавать не умеют ни черта!
Чтобы доктор был, а также водолаз!..
Третий канул, игнорируя приказ.

И тогда строжайше было решено:
Срочной службе запретить купаться!.. Но

Вот выходит в увольненье экипаж,
Все рассыпались, у каждого – свой пляж.

Черноморец к черноморке подойдёт,
Сделав корпусом галантный разворот:

И девица понимает, что к чему,
Укрывает форму флотскую ему

Невоенным сарафанчиком своим…
Для ареста воин стал недостижим.

Понапрасну вдоль дрейфуют патрули –
От купания матроса отрулить.

А матрос – в чем удивительная суть:
Перестал матрос в воде морской тонуть!

Подтверждает и статистика всерьёз:
Море то же, но не тонет в нём матрос!

Тут и осень показалась наяву.
Адмирала Главный Штаб забрал в Москву.

10.11.2007
***

Быль о компоте на Флоте

Хорошо кораблю отмечать день рождения,
Потому что когда ещё пустят на борт
Этих женщин красивых без исключения
И крикливых детишек, когда ещё торт

Будет ждать на шкафуте своей трепанации,
И орать на все сто децибелов трансляция?!

Только пить не положено, пить, в смысле, выпить:
Некий штурман по пьяни садился на мель,

Даже старший матрос чуть не гикнулся в ИП'е ,
Кислороду не сдался сустаточный хмель.

Потому от Главкома приказ громовой
Испустили низам, то есть нам: "Пьянству – бой!"

Мы сидим за своим лейтенантским столом.
Приглашаем Максимыча: "Выпейте с нами!"

"Издеваетесь? – нам отвечает старпом, –
Предлагайте компот вашей старенькой маме!"

И однако стакан опрокинул моряк:
"Молодёжь, да ведь это армянский коньяк!..

Кто доставил спиртное сюда?" – Тишина
На четыре секунды сгустилась над местом.

Наконец, доложил я: секретно жена
Принесла мне ноль-пять… "Трое суток ареста!..

Эх, обидно: бывают подруги законные…
Лейтенант! А давай – обменяемся жёнами?"
………………..
Сколько времени с этой поры пробежало!
Ты могла бы дойти до жены адмирала…

12.06.2009

И т.д., всего 4 части
Штормовые испытания
Сборник юмористических рассказов в стихах.
Книга разбита на ряд циклов соответственно этапам морской, сухопутной и юмористической жизни автора. Вначале "Воспоминания о Мореходке", Высшем инженерном морском училище имени адмирала Макарова, по-простому, "Макаровки". Затем три военно-морских цикла, посвященных трем кораблям, на которых служил автор. Существует мнение, что служба на Флоте казалась бы невыносимой, не будь она такой смешной.
Линия Мореходки продолжается в ежегодных традиционных встречах БЭМа (Братства Электромехаников). Протоколы этих встреч автор вёл в течение четверти века. Что может случиться за такой большой промежуток времени? Всякое может. Ироническая лупа времени позволяет смотреть одновременно на весёлое и печальное.
Море кончается, жизнь продолжается, на новых местах, с новыми людьми в цикле "Моряк на суше".
Самая жизнерадостная часть книги – Отрывки из сборника "Почти всё для победы в теннисе". Жизнь теннисного клуба. "Вредные советы для теннисистов-любителей в возрасте 16+, профессионалам не читать.
Далее выполнена попытка перенести легендарного Чапаева в наши дни – из сборника "Геракл нашего времени".
В заключение знаменитый политолог Серж Морковкин (реальный
прототип), следуя по пятам и заветам Козьмы Пруткова, излагает своё Сугубое, центристское мнение по вопросам обустройства державы вплоть до космических проблем.

Воспоминания о Мореходке.
Представляю, Роман Синицын.
Мой друг Роман Синицын ранее
Жил и учился в городе Тараз,
Который, чтоб вы знали, в Казахстане
Стоит на берегу реки Талас.

Окончил мальчик школьное ученье
И получил приличный аттестат.
Куда податься? После размышленья –
Подался смело в город Ленинград,

В Санкт-Петербург, вы скажете? Простите,
Но город не прошёл ещё свой путь,
И было далеко до тех событий,
Где смог он имя прежнее вернуть.

Есть версия, Романа оттого-то
Морские призывали рубежи,
Что на линкоре старшиною флота
Отец когда-то доблестно служил.

Ещё – "Мартином Иденом" нацелен,
Мальцу судьбу ДЖЕК ЛОНДОН ПОДСКАЗАЛ,
К ТОМУ ЖЕ ОН УЗНАЛ, НЕ ЗАПРЕДЕЛЕН
БЫЛ В МОРЕХОДКУ ПРОХОДИМЫЙ БАЛЛ.

Вот он уже в строю курсантской роты,
Которою командует майор,
Который разъясняет повороты
От школьной парты и до этих пор:

– Предупреждаю, тут с порядком строго,
Вы ж не студенты! Чтоб любой усёк!
Зато и благ дано курсанту много:
Морская форма, койка и паёк.

А если не по нраву положенье,
Никто тебя насильно не ведёт,
Садись, пиши рапо́рт на отчисленье –
И вдаль матросом на Военный Флот!

И так далее...
Жми сюда

Друзья!
Представляю Вам свою вторую книгу стихов. Как электронную книгу её можно найти на нижеследующих сайтах. Я определил жанр как ироническая поэзия, но специалисты не согласились ни с автором, ни сами с собой. Так вот и пошёл я разными дорогами одновременно. А ещё в книге рисунки военмора Юрия Юрьева, их не так много, но они замечательные.

ЛитРес
Жми сюда
======
Bookz.ru
Жми сюда
© С. Абрамов, текст, 2016
© Ю. Юрьев, обложка, рисунки, 2016
© ООО «Написано пером», 2016
* * *
Моей жене Алле

Предисловие
Все знают Василия Ивановича как настоящего героя. Однако он практически неизвестен в качестве Геракла нашего времени.
В.И. после средневосточной войны хорошо сохранился и по-прежнему готов к борьбе. Как положено командиру, он авторитарен, но за последние 30 лет кое в чём ускорился и перестроился нано-технологически.
Василий иванович – геракл нашего времени
Возвращение Василия Ивановича

– ВасильИваныч, пламенный привет!
Вы всем известны как авторитет,
Любезный долго русскому народу.
– Народ, он любит крепкую породу,
Весёлых и на подвиги вожатых,
Не зря хожу сегодня в депутатах.
Однако сильно склонен к недостатку,
Люблю с размаху резать правду-матку.
Скажу к примеру: Ванька-либерал
Всеобщее добро разворовал,
За это мало посадить в тюрьму –
Готов я в ухо лично дать ему!
Жаль, шашку потерял в реке Урал…


– Так это Вы? Я сразу не узнал.
Конечно, те же дерзость и напор,
Но где усы, прическа на пробор?
Однако, если честно сосчитать,
Должно быть вам годков 135?
И, наконец, Вы вроде утонули?


– Ещё бы, помню, как свистели пули.
Из них полста не мимо пролетело –
Красноармейское прошили тело.
Хлестала кровь,
      как из дырявой банки…
Меня нашли на берегу цыганки,
Вернули к жизни и бывалой силе
Своим цыганским способом –
      побрили!..

А ведь не знают умные врачи,
Как исцеляют лунные лучи.
Теперь, восстав, куда я ни поеду
Или пойду, зовут меня скинхедом.
И всё, что было в жизни не со мной,
Как в песне, я запомнил, дорогой.

– В чем Истина
      на Ваш подлунный взгляд?
– Хорошие всегда спокойно спят,
Но только тот, кто голову побреет,
Космической сподобится Идее…
Побрейся вся Россия наголо –
И ей бы в жизни сразу повезло!

iknigi
Жми сюда
Жанр: Поэзия и Драматургия

Kniga.com
Жми сюда
------
Альдебаран
Жми сюда
Современная русская поэзия
MYBOOK
Жми сюда
Стихи и Поэзия
RuLit
Жми сюда
Другая поэзия
Товары для дома
Жми сюда
Драматургия и Поэзия
======
Nemaloknig
Жми сюда
Драматургия, Поэзия
ozon.ru
Жми сюда
Цифровая книга
epubBooks
Жми сюда
Поэзия
======

А Я ЧТО, РЫЖИЙ?

(Олег Индейкин)
80 Про книги 2020-01-31 8 1810


Поэт на Хохмодроме
      (буду гадом!)
   кто виршами беремен
      (вот бесстыжий!),
   книжонку лишь родит, – к нам враз с докладом.
А мне чего, нельзя? А я что, рыжий?

Спасибо ребята, спасибо Дейтерий,
я словно Пегас из мифических прерий,
ценителей ради, а не для лохов,
издал я короче, свой томик стихов,
всё чинно и скромно, я счастлив не скрою,
бывают книжонки покруче порою,
но этот мой томик как с Блоком беседа,
дороже чем "Бентли" у гада соседа

Друзья, появился повод напомнить о себе.
Вышла моя новая книга - «Поэзия быстрого реагирования».
Книга издана в издательской системе «Ridero» с использованием технологии «Печать по требованию». Кстати, обращаю внимание всех, кто тоже вынашивает идею издать книгу. С издательской системой «Ridero» это вполне выполнимо и ничуть не затратно. Объём книги - 330 страниц, стоимость в мягкой обложке - 393 рубля. Заказать книгу можно через сайт (ссылка внизу).
Приятного чтения! И жду ваших отзывов.

В Москве вышла 52-я книга Евгения Запяткина

Свою творческую деятельность Евгений Запяткин отсчитывает от 1970 года. За эти более чем полвека он публикует свои произведения не только в отечественных, но в зарубежных изданиях, а в последние годы выпускает по 3-4 книги в год. В периодической печати, на популярных сайтах и в соцсетях он выступает под псевдонимом ЗЕВС – Запяткин Евгений Викторович Саратовский.
На днях в Москве вышла его 52-я сатирико-юмористическая книга «По ком звонит смартфон», продолжающая серию изданий, в каждом из которых содержится по две тысячи новых четверостиший-ЗЕВСограмм.
Миниатюры ЗЕВСа отличаются стихотворной отточенностью, глубоким смыслом, афористичностью и неугасающим оптимизмом. Многие его произведения не что иное, как залихватские русские частушки.
Книга ЗЕВСа – это не только интересное чтение, но и увлекательная игра, цель которой – розыгрыш и кураж. Для этого надо выбрать страницу, колонку и четверостишие по порядку.
Книги Евгения Запяткина выставлялись на Санкт-Петербургском международном книжном салоне, книжном фестивале «Красная площадь», Московской международной книжной выставке-ярмарке на ВДНХ.
На сайтах интернета размещено более 62-х тысяч ЗЕВСограмм Евгения Запяткина. На его страницах www.stihi.ru свыше 320 тысяч читателей, на www.hohmodrom.ru более 6-ти миллионов 950 тысяч читателей.
    Книга рассчитана на детей после 16-ти лет.

ЗЕВСограммы из книги «По ком звонит смартфон»:

Сменился жизни фон –
Промчался звёздный час:
По ком звонит смартфон?
По каждому из нас.

АД И РАЙ
Видишь ангелов поющих –
И душа так рада:
Забываешь в райских кущах
Ты о муках ада.

БЕЛАЯ ВОРОНА
Так уж мир сотворён –
Смысл понятий смещён:
В стае белых ворон
Чёрный ворон смешон.

БИЗНЕС-ПЛАН
Все к сокровищам бегут,
На душе переполох:
В бизнес-плане – всё зер гут,
Ну а в жизни – хенде хох.

БОГ И ДЬЯВОЛ
Дары от жизни брать ты не спеши
И не меняй кумиров и обличия:
Даёт нам Бог величие души,
А жадный дьявол – манию величия.

БОГАТСТВО И ДУША
Стоит лихое время на курантах,
Зовя обогащаться мир большой.
Богат не тот, кто ходит в бриллиантах,
А кто блистает солнечной душой.

БОЛТОВНЯ И МОЛЧАНИЕ
Ораторы базарят среди дня,
И нас задрал словесный фаворит:
Хоть что-то нам не скажет болтовня –
Молчание о многом говорит.

БУДУЩЕЕ
Негоже нам лежать на пляже,
Коль время полдень протрубило:
Должны мы быть в поту и в саже,
Чтоб светлым будущее было.

ВЕРА И НАДЕЖДА
Зря порой гулливеры
Напрягали брюшину:
Без надежды и веры
Не взойдёшь на вершину.

ВЕСЕЛЬЕ И ПЕЧАЛЬ
Печалиться – не метод
Вернуть веселья час,
Ведь всё пройдёт, как этот
Автобус мимо нас.

ДЕНЬГИ
Нам с богатством редко везло,
Хоть пахали всю жизнь мы до пота:
Деньги – это такое зло,
Что от радости прыгать охота.

ЗАНЯТОСТЬ
Ходя туда-сюда
И шевеля усами,
Мы заняты всегда,
Но чем – не знаем сами.

ЗДОРОВЬЕ
Таблетки с фруктами грызя,
Мы с детства лечимся безбожно:
Купить здоровье нам нельзя,
Но им расплачиваться можно.

ЗНАНИЕ
Кто ты: гигант или малец,
Какого звания и чина?
Кто знает всё, тот молодец,
Кто знает всех, тот молодчина.

ПРАВДА И ЛОЖЬ
Трудно нам идти по бездорожью,
Находясь в словесном отравлении:
Перейти границу правды с ложью
Можем мы в одном лишь направлении.

СМЕХ
Гляньте с улыбкой в оконце,
Запах впустите лесной:
Смех – это яркое солнце
С бурной на сердце весной.

СУДЬБА
Судьба покажет нам
И смысл, и дребедень:
Готовьтесь к хмурым дням,
Но верьте в ясный день.

ЧАПАЕВ
Мы вышли в люди из сараев –
Нам по колено вся вода:
Мы и на лайнере «Чапаев»
Тонуть не будем никогда.

ЧАСТУШКИ
Испугалась я спросонок –
Дом весь разбудила:
Зубы вставил мой милёнок,
Как у крокодила.

Позапрошлою весной
Мы встречались под луной,
И я замуж – нате-ка! –
Вышла за лунатика.

ЮМОР
Смеяться надо чаще, господа,
Как хмуро ни смотрели бы врачи:
У человека с юмором всегда
Хорошие анализы мочи.

В библиотеке издательского сервиса Ridero, а также на Amazon, OZON и ЛитРес выставлена моя книга избранных стихотворений "ЗАКАТНЫЙ ЧАС". В ней весомое место отведено ироническим стихам, пародиям и шуточным миниатюрам. Рисунки Якова Самойловича, в оформлении обложки использован фрагмент картины Наталии Рудзиной. Также книга уже есть на некоторых др. платформах. Заказать её сейчас можно как в печатном, так и в электронном виде:
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

      «SKOLARIS…»

      «СИСТЕМА» ИЛИ НАЧАЛО СЛАВНЫХ ДЕЛ…

      «Обратите внимание, мальчики, вот это здание Военно-Морского

      Училища. Учат пять лет. Одевают и кормят».

      Дядя Юра из Ленинграда

      Сашка хотел стать летчиком, но… пути Господни неисповедимы, и привели эти пути Сашку в город Пушкин, а там, в Ленинградское Высшее военно-морское инженерное училище. И началась для Саши жизнь, одетая в морскую форму– он стал курсантом паросилового факультета на целых пять лет….

      А этому предшествовало предъявление своих умственных способностей, которые надо предъявлять целой умственно-способной комиссии.

      - Итак, начались экзамены в «систему» (мы так называли училище), - рассказывает Сашка, - Столы в спортзале одиночные и их много.

      Подготовка у меня была нормальная, особо не мандражировал, присматривался к абитуре….

      Запомнились ему две личности: один чернявый парень, одетый в модный френч по моде 60х годов "а ля Битлз". Второй - в жутких клешах с выстроченной складкой и огромными зелёными пуговицами на клапанах задних карманов. Впоследствии, они, все трое, оказались в одной роте. Модявого парня звали Вин (как героя из «Великолепной семерки»), а второго, во фраерских штанах, звали Лёха Одинец. Один из них, это который Вин, он же Витя Тюленев, впоследствии стал командиромБЧ-5, а второй, которого звали Леха Одинец, стал почетным курсантом 15 роты – не сподобила судьба-судьбинушка примерить ему лейтенантский китель. Но это все в будущем….

      Короче, молодая поросль будущих военных инженер-механиков прибыла, как говориться, "с вещами», на ближайшие 5 лет к месту расквартирования - казарму для абитуриентов.

      Поселили будущих механиков на 1-м этаже, где-то рядом с проходной.

      И стали использовать, по назначению, на всю катушку, т.е. на всякие хозяйственные работы и, естественно, уборку территории.

      Позднее, когда экзамены подошли к концу, сформировали роты нового набора по факультетам и тех, кто «шагал в первых рядах», отправили на Паросиловой Факультет. А в «первых рядах шагали» иногородние.

      Местные, в это время, ещё жили по домам, и наслаждались мамиными пирожками.

      В роте «паросят» (так звались курсантики паросилового факультета) старшиной роты назначен был ветеран всех мыслимых и немыслимых военно-морских служб, обществ и сообществ мичман Серяков.

      Это был настоящий «сундук» (так на флоте издревле называли кондукторов и унтеров, которые потом стали мичманами в советском ВМФ),еще старой школы. На таких, как он, говорили, Флот держался.

      Ну, что ж, старшина роты был, а вот старшин взводов не было.

      Встал вопрос– кого назначать? Не мичманов же?

      Вот Сашке во взвод и избрали «всеобщим голосованием», самого крупного и, как казалось, самого крутого «паросенка» Леву Атояна.

      А Левка кроме сухумского пляжа, обезьяньего питомника и школьной пионерской линейки ничего подобного командованию взводом и не видел.

      Вот Левка и подъехал к Сашке – как-никак, а отпрыск офицера, и, стало быть, армейский порядок знает. Он и спрашивает того: "Шурик, а что надо делать?"

      А Сашка, уж больно есть хотел, возьми да и ляпни тому: «Лева, а делать, ничего особенного и не надо. Ты это - води строй на обед, да, командуй - "ать-два!"      

      И кто бы мог подумать, что это поучение воспримется дословно, как инструкция.

      И вот идет строй будущих курсантов в сторону курсантской столовой, а навстречу ему будущий начальник факультета Иосиф Давыдович Земляк, человек во всех отношениях порядочный, благовоспитанный и почитающий военную науку, аки святцы.

      Вот он идет и слышит: «Ать-два, левой! Ать-два, правой! Ать-два! Ать-два!»….

      Ну, офицерская душа Иосифа Давыдовича и взбрыкнула:

      - Строй, стой! Старший – ко мне!

      Строй, естественно остановился, а Левка продолжает идти, лицо-то вперед – ведь командир, и продолжает свои «ать-два»….

      Так он и дошел до звания капитан 1-го ранга и должности Начальника факультета Высшего военно-морского инженерного училища имени Ф.Э.Дзержинского, а, попутно, Начальника лагеря этого самого училища.

      Но об этом потом, чуть позже….

      Вот так оно все и начиналось…. Во всяком случае, для Сашки Спиридонова.

      УЧЕНЬЕ– СВЕТ…      

      МАРК

      Марк Шлемович Фрадкин. Нахимовцам моего поколения это имя внушало громаднейшее уважение и такой же страх. Мужчина небольшого роста с большой лысиной, на которой лежала длинная, заколотая невидимкой, прядь остатков былой шевелюры. Он не умел медленно или неспешно ходить. Он летел по коридорам училища, словно фрегат в полном ветре. А над его головой, как вымпел, развивалась эта самая прядь волос. В свое время Марк Шлемович носил военно-морскую форму и был переводчиком-синхронистом. Причем, лучшим в этой тяжелой профессии.

      В описываемое мной время Марк преподавал нам экономическую географию на английском языке.
      Первое, что мы видели в начале урока, это открываемая дверь и из неё влетает в класс... большой потрёпанный портфель, который с грохотом падает на учительский стол. Следом за портфелем в классе появлялся Марк, на ходу произнося свою дежурную фразу: "Good morning comrade nakhimovaites!"...
      Мы вскакивали, а потом, с дрожью в коленях, садились за парты, и с немым благоговением пытались понять – чем отличается экономика США от экономики СССР, если территория США в три раза меньше территории СССР.

      На первые парты мы старались не садиться, так как «эмоции» Марка Шлемовича, а человеком он был очень эмоциональным, вылетали из его рта очень далеко, и накрывали тех, кто сидел на этих партах, словно бомбы при «ковровом бомбометании».

      Он вызывает к карте очередного нахимовца. Тот поднимается из-за парты и следует к доске, на которой укреплена экономическая карта нашей планеты. Он идет, как каторжанин на этапе. Как каторжанин, у которого ноги закованы в кандалы. Он прекрасно понимает, что сейчас почувствует себя «летчиком камикадзе».

      Через некоторое время слышится эмоциональная, но резкая отрывистая речь Марка Шлемовича:

      - Нет, ты посмотри, как они над тобой смеются.…Как они над тобой смеются! У тебя в голове абсолютный вакуум! Абсолютный вакуум! You make me crazy! (Ты сводишь меня с ума) Садись, экономист. Два!

      Но бывало, что и сам Марк Шлемович заходился в хохоте:

      - Нет, ты посмотри, каков молодец! Карл Маркс собственной персоной мог бы у тебя

консультироваться. Я уж не говорю об Адаме Смите. Садись, экономист. Три!

      Сегодня я благодарен Марку Шлемовичу за то, что благодаря его эмоциональным урокам стал, да и не только я, знающим и грамотным офицером.   

      КРАФТ

      Что такое кафедра английского языка в Ленинградском Нахимовском военно-морском училище в шестидесятые годы? Это, собственно, английский, это экономическая география на английском языке, и – это военный перевод.

На уроке военного перевода, который ведет майор Федор Кравченко, у доски «летает» Йося Кучинский.

      Да, Йося «летает», а Крафт, мы так называли между собой нашего преподавателя, скучает. Наконец, Кравченко не выдерживает:

      -Sit down, Yosya! I will put you a big TWO! (Садись, Йося! Я поставлю тебе большую двойку!)

      Он закатывает рукав кителя, сгибает руку в виде лебедя, символизирующего Йосину двойку, и слышит в ответ:

      - But the craft is the airplane! А «КРАФТ» - это самолет!

      Преподаватель смеется:

      - Иди на посадку, самолет…

      В журнале у Йоси появляется тройка.

      ОТЕЦ АНАТОЛИЙ

      - Анатолий Тимофеевич (это вместо «Товарищ преподаватель!»)! Одиннадцатый класс для урока готов, – рапортует преподавателю дежурный по классу.

      На преподавательском лице, «обрамленном» сверкающими очками, появляется улыбка, и он произносит свое приветствие: «Гип! Гип!»

      Класс унисонным хором в двадцать глоток рычит: «Здравия желаем, отец Анатолий!»

      Анатолий Тимофеевич – учитель рисования и черчения. Надо заметить, что очень хороший преподаватель. Человек-преподаватель, влюбленный не только в свою профессию учителя, но любящий и сердцем, и душой строгую линию чертежа и цвет рисунка.

      Мы были в него просто влюблены, воспринимая его, как своего близкого товарища.

      А еще он обладает феноменальной памятью:

      - Что-то мне этот чертеж знаком, - говорит Анатолий Тимофеевич Сережке Полянскому, разглядывая его работу.

      Сереге было лень чертить. У него в этот период был роман с балериной. И он удалил со старого чертежа фамилию бывшего исполнителя и роспись учителя.

      - Да-а-а, -продолжает он, - и, что мы будем делать? А делать мы будем, уважаемый, следующее. В течение месяца Вы, товарищ Полянский, свои чертежи будете мне под дверь кабинета подсовывать. А сегодня Вы получаете «морковку» (единицу, значит).

      Он открывает ящик стола, достает оттуда муляж морковки и предъявляет его Полянскому.

      И Серега подсовывал. Ровно месяц.

      ШКАФ

      Получены экзаменационные билеты по математике. Они хранятся в кабинете «Математики», в папке, которая начальником кафедры«Математики» подполковником Блошкиным положена в шкаф. Шкаф закрыли на замок, а возле кабинета поставили вахтенного матроса из кадровой роты для охраны экзаменационных билетов.      

      Для чего нужны были такие действия? Только по одной причине – как бы ни раскладывали на столе преподаватели эти билеты, нахимовцы все равно определяли систему их раскладки, даже если этой системы и не было. А еще они умудрялись «светить»,т.е. метить, билеты. После таких действий у каждого нахимовца был «свой билет» для ответа.

      Итак, билеты в папке. Папка в шкафу. Шкаф в кабинете. У двери кабинета вахтенный матрос.

      Вечер. Подлинному коридору три нахимовца волокут огромных размеров шкаф. Они подтаскивают этого деревянного монстра к кабинету «Математики».

      Вахтенный насторожился и встал в проеме кабинетной двери в позу – «последняя граната и два танка врага».

      - Открывай дверь, служивый. Подполковник Блошкин приказал в кабинет шкаф поставить.

      Матрос несказанно удивился, но дверь открыл. Видимо, ему никогда не приходилось испытывать то необычайное и неописуемое чувство, охватывающее экзаменуемого перед дверью, ведущей в класс, где его ждут разложенные на столе билеты и сонм преподавателей, жаждущих покопаться в ученических мозгах.

      Нахимовцы затащили в кабинет шкаф и медленно удалились, попрощавшись с вахтенным матросом. При этом на губах у них «блуждала» хитрая ухмылка.

      Через час вахтенный сдал свой пост другому матросу. А еще через пятнадцать минут перед ним появились три нахимовца.

      - Открывай дверь, служивый. Нам надо шкаф забрать. Мы его не в тот кабинет поставили. Подполковник Блошкин рассердится,накажет. Так что надо его переставить в другой кабинет.

      И этот матрос несказанно удивился, но дверь открыл. Нахимовцы впряглись в шкаф и потащили его прочь из кабинета.

      На лестничной площадке двери шкафа открылись, и оттуда появился слегка вспотевший нахимовец. В руках у него была тетрадка.

      - Ну, как? Удалось? – хором спросили его приятели.

      - А то! Конечно! Главное, чтобы эти вахтенные чего-либо не брякнули, - ответил тот, который был из шкафа.

      И они принялись изучать порядок размещения экзаменационных билетов в основной пачке.

      На следующий день экзаменующиеся бесстрашно стали заходить в класс и брать каждый «свой» билет. Экзамен по математике сдали все. С хорошими оценками.

      Надо заметить, что вахтенные матросы ничего не брякнули, т.е. не доложили, про шкаф. Впрочем, их никто и не спрашивал.

      ТАМАРА ПАВЛОВНА

      Учителем истории у нас была Тамара Павловна Булгакова. Невысокого роста, с приятным лицом и детским взглядом своих глаз,она напоминала домашнюю кошку.

      Но первое впечатление обманчиво. Это была женщина с юношеской душой и прекрасным чувством юмора.

      Тамара Павловна заходила неслышно в класс, открывала журнал и произносила свою дежурную фразу: «Ну, кто хочет поговорить со мною?»

      Если добровольцев не находилось, то Тамара Павловна низко склонялась над журналом и: «Поговори со мною, Печников…»

      Андрей Печников поднимался из-за стола и шел на «лобное место».

      Некоторое время назад, когда я преподавал историю в школе, то с улыбкой вспоминал уроки Тамары Павловны: «Ну, девятый класс! Кто хочет поговорить со мной?»

      

      ПОБОИЩЕ

      Математику нам преподавала худая, высокого роста женщина, увлекающаяся лыжными гонками. А фамилия у нее была не простая, а вызывающая у курсантов дрожь не только в коленках, а во всем теле. Фамилия ее была... Мамай.

      - Пять двоек в классе на экзамене по математике? Да это, вполне, нормально, - говаривала она нам.

      И мы ей верили. И шли на экзамен, как бандерлоги навстречу к удаву Каа.

      … Перед кабинетом ходит, мучаясь сомнениями о своих знаниях, Сережа Ушаков. Он ходит, а мы слышим стук его зубов.

      К нему подходит Николаша Левушкин:

      - Чего? Страшно?

      - Ага! –отвечает Серега, - Это ж не экзамен, а «мамаево побоище» какое-то. Помнишь, как она нам про «нормально» втолковывала? У меня полные прогары адреналина, чуть ли не в штаны лезет….

      - Не боись, -успокаивает того Левушкин, - У меня таблетки успокоительные есть. Съел таблетку, и – спокоен, как слон. «Триоксазин» называются.

      - Ага! Дай штучку, - просит Ушаков, - а то, чувствую, сердце выскакивает из пятки.

      - На, держи. Но только полтаблетки съешь, иначе будет тебе «полный ступор и компресс». И будешь ты свое сердце искать долго-долго и неизвестно где.

      Однако Сережка не послушался рекомендации «знающего» человека и заглотил таблетку целиком, как щука карася. И через пять минут предстал перед очами мадам Мамай.

      Он взял билет. Прочитал вопросы и обрадовался, что зря волновался, т.к. знал эти вопросы довольно-таки прилично. Он написал на доске ответы и приготовился отвечать экзаменационный материал.

      Говорят, что, если человек лежит на полу и ни за что не держится, значит, он еще не пьян.

Сергей, внезапно, испытал такое чувство, как-будто именно он и лежит на полу.

      Голова вдруг опустела – все мысли улетели из нее за дверь кабинета и возвращаться не собирались. Тело сковало по рукам и ногам полное и тупое спокойствие. На Сережкином лице расплылась улыбка пациента «палаты №6».

      И ему стало очень хорошо и покойно.

      - Курсант Ушаков! Вы готовы отвечать на вопросы билета. Я вижу, что Вы кое-что даже изобразили на доске. Ну, так давайте пояснения к написанному, - прозвучал в ушах Сергея голос преподавателя с парализующей фамилией Мамай.

      - Ага, -отозвался тот.

      - Я слушаю Вас, - продолжила мадам преподаватель.

      - Ага,- повторил Сережа.

      - Товарищ курсант! – начала потихоньку злится Мамай, - Что значит Ваше «Ага»? Вы собираетесь отвечать на поставленные вопросы? Время идет. Вас ждут.

      Кто и где ждет Серегу, он так и не понял. По-моему, и никто не понял.

      - Ага,- продолжал мямлить Ушаков.

      - Ну, что ж, курсант Ушаков, - проговорила Мамай, -мне придется поставить Вам неудовлетворительную оценку.

      - Ага, -согласился с ней курсант Ушаков. И деревянной походкой вышел из кабинета.

      Через некоторое время мысли к нему вернулись. Они расселись в его мозгу каждая на своей извилине, и на Сергея снизошло прозрение.

      - Что это? Где это я? Что произошло, в конце концов? –схватился он за снова заполнившуюся работающим мозгом голову.

      Он посмотрел в ведомость очередности экзаменуемых и их отметок, которая была прикреплена к двери кабинета, и ужаснулся. Против его фамилии стояла «пара».

      Серега кинулся с кулаками на Николашу Левушкина, обвиняя того во всех смертных грехах, включая и дискриминацию американских негров в купе с индейцами.

      - Ты!– орал он, - Ты дал мне эту треклятую таблетку…. Ты зачем мне дал эту таблетку? Сук!!!

      Ну, и так далее. В том же духе.      

      Затем Серега Ушаков рванулся в кабинет, представляя себя Дмитрием Донским на Куликовом поле и адмиралом Федором Ушаковым при острове Корфу.

      К великому его сожалению, он был изгнан из кабинета.

      Экзамен Сергей пересдал, проведя три отпускных дня в стенах родного училища. Добавлю– пересдал он экзамен по математике хорошо.

      И без всякого «Мамаева побоища».

      УЧИТЕЛЬНИЦЫ СВЕТЛАНА И ЛЮДМИЛА…

      Четвертый курс – это одна из значимых вех в жизни курсанта.

      Во-первых, он меняет головной убор – вместо бескозырки, на его голове появляется фуражка, или, как ее называли в прошлых морских кадетских корпусах, «мичманка», и он… становится сверхсрочником, что позволяет ему выходить в город ежедневно.После часов самоподготовки. Правда, до 24 часов.

      Во-вторых, четвертый курс – это момент, когда ты начинаешь понимать смысл того, чему тебя учили твои педагоги. И свое понимание ты должен показать и грамотно объяснить на государственных экзаменах, которые завершают обучение четверокурсника и предваряют собой пятый курс с его дипломным проектом.

      На четвертом курсе Сашке Ильину пришлось совершить «деяние», о котором смешно, но не стыдно вспомнить. Сашка Колесников по английскому языку схлопотал «пару». А «пара» несла с собой неувольнение в город и прочие неудобства, связанные с допуском к государственным экзаменам….

      Вот он тезку и попросил пересдать за него английский. На Сашкино возражение, что на кафедре английского его все знают, как облупленного, он ответил, что на кафедру пришла новая начальница, Светлана Кузнецова, вот, мол, ей и сдай зачет.

      Ну, друга надо выручать. Ильин снял с груди нахимовский значок, и пошел это делать. Пришел. Представился – курсант Александр Колесников. На Саню смотрели очень добрые глаза очень внешне приятной женщины.

      - Как же, Вы, получили двойку? – спросила она Шурку после его ответа по теме зачета, - у Вас такой богатый запас слов.

      - Да, так, -запинаясь, пролепетал Шурка, - бывает, не выучил. И, пятясь задом, выскочил из кабинета.

      Через неделю на уроке английского языка открывается дверь в класс и входит Светлана Кузнецова.      

      - Я Ваш новый преподаватель английского языка, - беря классный журнал, произносит она, - давайте знакомиться.

      Надо отдать ей должное – чувство юмора у нее было великолепное. Когда из-за стола поднялся курсант Ильин-Колесников, она уставилась на того своими широко раскрытыми добрыми глазами, а потом рассмеялась, произнеся при этом - Надеюсь Колесников не придет ко мне сдавать зачет за Ильина.….      

      Вместе со Светланой курсантам Паросилового факультета английский язык преподавала очаровательная женщина с детским выражением лица и очень добрыми, такими же детскими, глазами.

      И имя у нее было ласковое – Людмила, и фамилия –Милованович.      

      А в 142 классе учился бывший танкист, уроженец Казахстана, Леша Блюм. Он своим одноклассникам, порой, жаловался: «Ну, что это такое? В одной школе я учил немецкий язык, в другой школе –французский, здесь, в училище, меня заставляют учить английский. Да, я даже думаю по-казахски. А тут – английский».

      И вот сдают четверокурсники 142 класса государственный экзамен по английскому языку. Принимают его, естественно, Светлана Кузнецова и Людочка Милованович.

      Лешка Блюм «плавает» перед Милованович, аки парусная лодка в штормовом море. У нее на глаза наворачиваются слезы (класс очень хорошо сдает экзамен, ведь дежурным на экзамене в классе Шурик Ильин).

      - Леша, -говорит она, обращаясь к нему, - ну, скажи хотя бы одно слово на английском, и я поставлю тебе четверку.

      И Леша сказал это одно слово. Он сказал: «GOOD»(хорошо).

      И Людмила Милованович, утирая слезы на лице, поставила Лешке четверку. И класс получил высший балл в истории училища – 4,95!

    ИСТИНА…

      Когда мы пришли в Ленинградское Высшее военно-морское инженерное училище, то осознание, насколько все серьезно и надолго, пришло не сразу, а лишь после того, как старший преподаватель кафедры паровых турбин капитан 3 ранга Стас Казеннов предложил нам рассчитать паровую турбину, назвав эту работу«Курсовой проект». И тут перед нами открылась истина….

      НЕПОНЯТКИ

    Старший преподаватель кафедры капитан 3 ранга Станислав Казеннов проводит с курсантами разбор курсовых проектов по теме «Паровые турбины».

    Он очень интересный человек - грамотный, обладающий великолепным чувством юмора. С курсантами он держится, как старший брат, который передает свой богатый жизненный опыт неоперившемуся птенцу. Ему лень полностью произносить свое имя (он время экономит),и, по этому, он всегда представляется, как Стас.

      - Что за жизнь?– жалуется он, - Как везти на практику курсантиков или в нашу славную столицу на парад, так Стас. Как разработку тематическую или проектик очередной для нашей подрастающей смены подготовить и рассчитать, так опять Стас. А как звание очередное получить, так Стасу, - он ищет благозвучное ругательство, его умный лоб волнуется морщинами, - Ну, в общем,- отыскав нужное, продолжает он, - Стасу сплошные иксы и игреки.

      Сейчас его голова возвышается над трибуной кафедры. Вид его благоговеен. Он, проповедуя знаменитый тезис об учении, учит:

      - Рассчитать паровую турбину очень просто, - говорит он, - Берешь цифирь, ставишь ее в формул,и… погнал. Просто. Не понимаю, что в этом непонятного. Ну, не понимаю. Это не требует большого или сверх большого понимания. Берешь, вставляешь. И… погнал.Не понимаю, что тут непонятного…

      Через полгода его принесли домой, поставили перед дверью и позвонили в квартиру. Когда дверь открылась, в квартиру упало бесчувственное тело… уже капитана второго ранга.

      Да, были люди в наше время. Кремень!

      О ЗДОРОВЬЕ КАПИТАНА ПЕРВОГО РАНГА…

      Защитные поля корабля, или, как мы называли этот предмет «Контрацепция корабля», нам читал капитан 1-го ранга Грановский. Огромных размеров со смоляными волосами и усами, он возвышался над кафедрой, как горный орел над обрывом.

      Однажды Колька Левушкин, уставший от изучения курсовых и батоксовых обмоток корабельного размагничивающего устройства, посетовал:

      - Вам хорошо. Вы капитан 1-го ранга….

      И услышал в ответ:

      - Левушкин, да я бы с огромным удовольствием поменял свои погоны капитана 1-го ранга на…х… хм… хм…. О! Здоровье молодого лейтенанта!

      БУДНИ…

      БАЛЛАДЫ О КАПИТАНЕ КЛОССЕ

      Когда я прибыл в училище, на погонах у меня сверкали три лычки – старшины первой статьи. С таким багажом я вошел под своды Ленинградского Высшего военно-морского инженерного училища из-под сводов Ленинградского Нахимовского военно-морского училища.

      Вы правильно меня поняли - в училище появился этакий борзый (все повидал, все знает, на английском, как родном бухтит…) уже не питон и товарищ курсант, а старшина первой статьи.

      Каково же было мое удивление, когда вернувшись из отпуска (пока молодое пополнение проходило курс молодого бойца), меня встретил плотный, выше среднего роста, курсант с погонами главного старшины.

      У него было открытое лицо с добрыми, и в то же самое время хитрыми, глазами. Он представился– главный старшина Виктор Кулаков.

      И понял я, что в роте появился, как заявил ротному командиру Георгию Вячеславовичу Степанову, на одной из наших встреч, Славка Кононов – «самый главный начальник».

      Так состоялось мое знакомство с известным среди курсантов, впрочем, и среди «некоторой» части жителей города Пушкина, «капитаном Клоссом».

      НЕ КАПИТАН, НО КАПИТАН-ЛЕЙТЕНАНТ…

      Прибыл Витя на паросиловой факультет Ленинградского Высшего военно-морского инженерного училища отслужив срочную службу на Северном флоте. На плечах, как я уже говорил, сияли погоны главного старшины. Учеба и служба шли у него хорошо, а посему, будучи уже курсантом третьего курса, был он направлен старшиной роты на младший курс – в роту капитан-лейтенанта Горохова. Надо заметить, что старшина роты Кулаков, по результатам строевой проверки его подразделения, был поощрен проверяющим из Москвы полковником Пузачевым. А у Пузачева получить поощрение было оч-чч-чч-чень непросто (сам знаю). Вот такой служака (в хорошем смысле этого слова) был Виктор.      

      Но ничто человеческое не чуждо даже «самым главным».

      Как-то один раз наступила суббота. А, как всемизвестно, раз суббота – значит увольнение курсантов в город.

      Отправив своих подчиненных в увольнение, вернулся Витя в ротную канцелярию, подошел к окну, и стало ему очч-чч-ень тоскливо.

      За окном во всей своей красе серебрились белые ночи, по аллеям «Катькиного сада» гуляли молодые барышни, в «Белом зале» начинались танцы…. А тут настоящая тоска – сиди и обеспечивай уставной порядок в роте.

      Но флот недаром славится своей дружбой.

      Внезапно за окном мелькнули две тени, и за оконной решеткой показались физиономии Витиных приятелей Вовки Зотова и Витьки Ерина.

      - Ну, что? Сидишь? – прозвучали их слова, - Может, ударим алкогольной зависимостью по театрально-развлекательной?

      И передали через решетку в канцелярию бутылку водки и закуску:

      - Не скучай. А мы в «Белый зал». Мы уж там – за тебя…..

      Витя смотрел на бутылку и закуску, как запорожский казак на синагогу – в одиночку пить не хотелось.

      Он позвонил в роту….

      Через пару минут в канцелярии, где Виктор «обеспечивал» ротный порядок, появились его друзья Саша Шишков и Лешка Горелов.

      Они разлили водку по стаканам, благо канцелярия предназначалась для командира роты и старшины роты, и была обеспечена предметами первой необходимости, выпилии закусили. Помолчали.

      А за окном-то белые ночи…. А где-то там же «Садом и Гамымры»….

      Решение пришло внезапно. Витя открыл шкаф командира роты. В нем на плечиках висел белого цвета китель с погонами капитан-лейтенанта, рядом на полке лежали снаряжение и красные повязки с надписью «ПАТРУЛЬ».

      Следом за решением пришло действо.

      Витя напяливает на себя каплейский китель, Сашка и Лешка нацепили повязки. Поглядели друг на друга - ну, просто настоящий «ПАТРУЛЬ»!

      Через проходную не пошли. Пошли через строительную площадку мимо первокурсника из дежурного взвода. Тот, с перепугу, «чуть ли не виляя хвостом», как позже заметил Шурка Шишков, представился начальнику патруля и доложил, что «на посту происшествий не случилось».

      Через мгновение вся троица очутилась на улице и направилась в «Белый зал», где во всю уже шли танцы.

      Они шли через «Катькин сад» и радовались тому, что впереди их ждут музыка и веселые барышни.

      За ними увязалась собака. Она шла за «патрульными», словно ее вели на поводке.

      - Во! И сторожевой пес вышел на патрулирование, - заметил Леша Горелов.

      - Собака – друг человека, - отозвался Саша Шишков.

      - Какой же собака друг? - рассмеялся «начальник патруля» Витя Кулаков, - Она же не пьет.

      Его смех подхватили приятели.      

      У входа в «Белый зал», эдакое подковообразное здание, в котором во времена А.С.Пушкина и позже размещался конный манеж, они встретили молодого милицейского лейтенанта.

      - Как обстановка, лейтенант? – сразу ошарашил того Кулаков.

      - Да, все спокойно, - ответил лейтенант, - А вас, что, на усиление прислали, даже с собакой? – тут же задал он вопрос, - В зале уже один патруль есть.

      - Это хорошо. Свободен, лейтенант, - проговорил в ответ Кулаков.

      - Тээкс, -заговорил Витя, когда милиционер ушел,- два патруля в одном помещении очень много. Особенно, если принять во внимание, что в комендатуре патрульные видят друг друга. Какие предложения, господа?

- Осталось нам одно, - неожиданно шекспировским стихом заговорил Шишков, - разоблачиться и простыми мирианами явиться в свет. Доспехи боевые пусть пес наш охраняет….

      Остальные уставились на него с открытыми ртами.

      Вскоре снаряжение начальника патруля и красные повязки с надписью «ПАТРУЛЬ» лежали в кустах.

      - Охранять!– скомандовал Кулаков собаке. Пес удивительно легко послушался ему.

      Они вошли в зал. На Виктора сразу было обращено внимание присутствовавших здесь девушек.

А как же – молодой, белый китель, погоны капитан-лейтенанта, на груди наградные планки, взгляд завораживающий….

      Когда объявили «Белый танец», к капитан-лейтенанту Кулакову выстроилась очередь. А он стоял посредине зала, как «Фаянсовая киса» – «Руками не трогать!»….

      Каким образом Витька оказался с какой-то блондинкой в Ленинграде, и куда делись его патрульные Сашка и Лешка, он, наверное, и сам уже не помнит. Появился «капитан-лейтенант» в училище где-то под утро в хорошем настроении.

      Но, сняв белый китель, Витя слегка расстроился. Китель-то, если так можно выразиться, оказался не несколько, а изрядно помят и загрязнен.

      И опять Виктора выручили друзья. Дежурным по роте стоял Сержа Колпашников, который взялся вычистить командирский китель.

      Он его взял и… постирал. Спохватившись, что китель будет очень долго сохнуть и до прихода командира роты Горохова не высохнет, Сережка его высушил утюгом, а заодно этим же утюгом и погладил. Посмотрев на свою работу, остался доволен результатом и повесил китель на плечиках в шкаф.

      Витя же радовался, что сегодня воскресенье и можно отдохнуть от белоночных прогулок…. Плотно пообедав, улегся Кулаков на коечку, которая стояла в канцелярии за шкафом, и отправился отдыхать в царство Морфея.

      Его разбудила команда дневального: «Рота! Смирно! Дежурный по роте на выход!» Это прибыл командир роты капитан-лейтенант Горохов.      

      - Виктор Иванович, Вы отдыхаете? А мне вот,заступать помощником дежурного по училищу, - проговорил Горохов, зайдя в канцелярию, - ну, отдыхайте, отдыхайте.

      Он открыл шкаф, снял с плечиков свой китель и попытался его одеть на свое тело. Китель, однако, оказался ему тесноват….

      - Что такое?– удивился Горохов, - Только же в пятницу я его получил, и он был мне в самый раз, а сегодня? Ничего не понимаю….

      - Может за субботу пп-пп-поправились, товарищ капитан-лейтенант? – попытался из-за шкафа заикаясь пошутить Витя.

      Он прекрасно понял, что после Колпашниковской стирки кителек командира роты банально сел!..

      В понедельник вечером, после самостоятельных занятий,Кулаков был вызван в канцелярию к капитан-лейтенанту Горохову.

      Первое, что Витя увидел в помещении, были разложенные на командирском столе китель, снаряжение и повязки с надписью «ПАТРУЛЬ».

      - Что это? –прямо в лоб Кулакову задал вопрос Горохов.

      Витя только пожал плечами. О чем думал он в этот момент, я думаю, все поняли – грозит отставка от блондинок и брюнеток недели на две, как минимум….

      - Это, дорогой мой Виктор Иванович, самые настоящие атрибуты самовольщика, - произнес командир роты и добавил, - Вы хороший старшина роты, товарищ Кулаков, имеете богатый жизненный и служебный опыт. Но Вам следует запомнить – каким бы крутым ни был бык, а на банке все же пишут «Тушенка». Так, что две недели без берега,товарищ главный старшина.

      - Ох, не прост ты, товарищ Горохов, - промолвил про себя Витя, выйдя из канцелярии, - окружил себя опричниками да чекистами. А я-то сам? Мог бы и подумать об этих ребятах…. А как хорошо было…. Правда, вчера казалось,что суббота прошла великолепно. Но судя по утреннему в воскресенье состоянию души, это, все-таки, были Шишков, Горелов и водка….

      Но… две недели он без берега не отсидел – не усидел….

      НЕ КАПИТАН, НО ВСЕ ЖЕ СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ…

      1970 год. Этот год известен, как холерный год. Четверокурсников на практику на Черноморский флот не отправляют – карантин. Начинается учебный год.

      Карантин. Выход в город запрещен. А хочется. За заборами и стенами учебных корпусов училища кипит жизнь. Там по улицам города и аллеям парков, которыми так богат Пушкин, гуляют наши дорогие, любимые и просто девушки.

      Ох, как сердце и вся душа рвутся туда – за ограду, к ним, к этим небесным созданиям, которые стоят под окнами училища, всматриваясь в лица своих дорогих мальчиков….

      Но… карантин.      

      И, все-таки, выход был найден.

      В училище на экзаменационную сессию приезжали офицеры-заочники. В основном, это были молодые ребята с погонами старших лейтенантов. Получили они офицерские звания после завершения обучения на краткосрочных офицерских курсах. Или имея в кармане диплом о

среднем техническом образовании.

Эти парни частенько обращались к нам за помощью. Мы им делали различные расчеты или выполняли за них курсовые проекты. Благодарность их была безгранична в пределах коньячной бутылки или другого подобного рода напитка.

      И Витя Кулаков понял: «Выход на волю - это офицерская форма»!!!

      Сделав как-то курсовую работу по хитрому предмету под названием

«Теория машин и механизмов и деталей машин» («ТММиДМ»,мы эту аббревиатуру расшифровывали так– «Тут Моя Могила и Друзей Моих»), Витя и его закадычный приятель Шурка Шишков, вместо коньяка, выпросили у заочников их офицерские тужурки.

      Переодевшись в старлейтскую форму, благо фуражки у парней были офицерские (как-никак, а уже 4-й курс), Витя с Шуркой, благополучно миновали курсантика из дежурного взвода (опыт уже был), который, в свою очередь, поприветствовал их воинским приветствием, и рванули в город.

      Приобретя в магазине «Густерин» малый и большой «джентльменский наборы», парни направили свои стопы в Красное село к своим пассиям.

      Однако барышень дома не оказалось. Кулаков с Шишковым, приняв, с горя, слегка «на грудь», направились к автобусной остановке.

      Подошел автобус. Два старших лейтенанта залезли в него, и автобус повез их в сторону родного города Пушкина. У комендатуры, улица Красной Звезды, автобус остановился. Его двери открылись и, о, ужас, в переднюю дверь заходит мама их сокурсника Димки Ласкова Валентина Александровна, а в заднюю дверь заходит патруль во главес майором (как оказалось – патрульные были из Пушкинского ракетно-технического училища, вечные соперники нашего училища).

      - Витя! Что это значит? Что за маскарад? – удивленно воскликнула она, увидев обоих друзей при офицерских погонах.

      Витя, мигом подскочив к ней, дыша на нее перегаром, тихо прошептал в ухо: «ВалентинаАлександровна, ради Бога, замолчите. Потом все объясню».

      Та, ошарашено, посмотрела на Витю, потом на Сашу и медленно опустила свое тело на пассажирское сиденье. Выражение ее лица ничего не выражало….

      В это время начальник патруля, симпатичный, этакий подтянутый офицер, обратил свой взгляд на Кулакова и поманил его пальчиком к себе:

      - Товарищ старший лейтенант. Приведите себя в порядок – застегните, пожалуйста, тужурку. И товарищу своему скажите, чтобы сделал то же самое. Вы поняли?

      - Так точно! – ответил Витя и посмотрел в сторону Шишкова.

      Шурка стал застегиваться. Он поторопился выполнить «просьбу» майора, и от этой торопливости неожиданно из кармана его тужурки вывалилась бутылка вина. Она с грохотом упала на пол автобуса и подкатилась к ногам начальника патруля.

      Майор подобрал бутылку и, обращаясь к Вите, постучал бутылкой по карману его тужурки. Раздался приглушенный стук.

      - У вас тоже вино? – не удивившись, спросил начальник патруля, - А, вообще-то, вы, ребята, откуда такие будете? – продолжил он.

      - Из Ленинграда,- ответил Кулаков.

      - Значит так, товарищи офицеры, - проговорил майор, отдавая Вите бутылку, - сейчас вы выходите из автобуса, берете такси, и исчезаете из гарнизона. Ни мне, ни Вам, я так думаю, проблемы не нужны. Особенно, если учесть кто у нас помощник коменданта и кто такой начальник гауптвахты (он намекал на двух старлеев, двух «строевых зверей»– Борю Логинова и Мишу Розенблата).

      Парни вышли из автобуса, переглянулись, и … сели в следующий автобус.

      - Ну, что? На Ленинградскую? К моей Ирине? – обратился Витя к Шурику.

    Встретили их без удивления. Весело. Было много народу – какие-то студенты, курсанты училища, девушки. Много танцевали, пели песни, произносили тосты….

      Но… наступил момент, когда остались на столе одни бутылки, а в них ничего не было.

      Естественно, все присутствующие скинулись (у кого сколько было), и отправили старшего лейтенанта Кулакова и его даму, Ирину, в магазин, сунув Вите в карман авоську.

      Молодые люди зашли в магазин, купили полную авоську портвейна «777», более известный в народе, как «Три кочерги». К этому прикупили еще одну авоську закуски – спелых, и от того черносиних слив. И вышли из магазина. Они, эта пара влюбленных, присели на скамейку, выпили «на брудершафт», смачно поцеловались, покурили, и пошли дальше.

      Но наша страна, а тем более городок Пушкин, всегда славились своей истеричной непредсказуемостью.

      Внезапно Виктор услышал позади себя топот ног, и чья-то рука коснулась его плеча.

      Витя обернулся, и… с ним чуть не случилась истерика – перед его глазами стоял тот же самый патруль из автобуса. Взгляд майора не выражал никаких эмоций, кроме злости. Кулаков отдал авоську с портвейном Ирине, а сам строевым шагом подошел к начальнику патруля.      

      - Товарищ старший лейтенант, почему Вы не уехали из города? – зло проговорил майор, обращаясь к Виктору, - А ну-ка, покажите Ваше удостоверение личности, а я решу, что с Вами делать дальше. Кстати, а где второй? Вроде, он попьянее Вас был….

      И снова потребовал предъявить Кулакова удостоверение личности.

      Витя в душе выматерился, потом перекрестился – в карманах у него кроме магазинной сдачи,и то в монетках, больше ничего не было.

      Да, русские женщины непредсказуемы.

      Пока Витька в душе матерился, к майору подошла, со слезами на глазах (и когда успела) Ирина.

      - Това-аа-рищ майор, - хлюпая носом, запричитала она,- зачем Вы забираете моего жениха? Мы же никому не мешаем. Нас ждут. Дяденька майор, отпустите нас.

      От услышанного майор обалдел:

      - Это Ваш жених?

      - Да, мой жених, - ответила девушка.

      - Вы, девушка, очень красивая пара. Но, по-моему, Ваш жених очень злоупотребляет спиртным,- проговорил начальник патруля, показывая на авоську с портвейном.

      - Это мой будущий тесть так пьет, - неожиданно брякнул Кулаков.

      - Не трогай моего папу, - взвизгнула в его сторону Ира.

      Начальник патруля, видя, что назревает семейная разборка, подозвал Виктора к себе:

      - Ладно, иди. Но, - он протянул тому руку для рукопожатия,- больше не пей.

      - Почему? –спросил Виктор, отвечая на рукопожатие.

      - Эта девушка слишком умна, чтобы иметь такую… хм,попу. Не справишься…

      - Не извольте беспокоиться, товарищ майор! – ответил Кулаков.

      Офицеры козырнули друг другу, и разошлись в разные стороны.

      Около трех часов ночи два старших лейтенанта Кулаков и Шишков тихонечко поднимались в помещение своей роты.

      Каково же было их удивление, когда дневальный по роте направил эту пару прямиком в ротную канцелярию, в которой, по его словам, проходило офицерское собрание.

      Открыв дверь, они застыли в недоумении – во главе стола сидел их командир роты капитан третьего ранга Георгий (он же Жора) Вячеславович Степанов, а перед ним стояли семь таких же, как и они «офицеров»….

      Все было ясно без слов….

      ФИНАЛ…

      Карантин, как и маскарадные вылазки курсантов, несмотря на запреты и наказания продолжились. Лето, тепло, травка зеленеет, девицы в прозрачных платьицах и сарафанах, чуть ли не топлесс, фланируют….

      Ну, как здесь усидишь? И не сидели….

      В один из солнечных дней Витя Кулаков, при погонах старшего лейтенанта, в сопровождении очаровательной Ирины направлялись в сторону училища.

      Недалеко от училища располагалась закусочная под интересным названием «Три ступеньки вниз». Вот, как раз, эта парочка возле этой самой забегаловки и столкнулась с начальником паросилового факультета капитаном первого ранга Земляк Иосифом Давыдовичем.

      Витя натянул на глаза фуражку и быстро козырнул. Земляк же ответил на приветствие строго по уставу, с поворотом головы в сторону поприветствовавшего его офицера.

      От увиденного начальник факультета, нет, не опешил, он остолбенел – его рука машинально стала опускаться вниз, а лицо из нормального принимало удивленно-возмущенное выражение.

      - Кулаков! – вскричал Земляк, - Ко мне!

      Витя вздохнул и направился к начальнику факультета:

      - Товарищ капитан первого ранга, главный старшина Кулаков по Вашему приказанию прибыл.

      - Нет, нет, нет, - пророкотал Земляк, - Вы какие погоны на плечах носите? А? Какие? Я тебя, Кулаков спрашиваю….

      Витя посмотрел на свои плечи и ответил:

      - Прошу прощения, товарищ капитан первого ранга. Конечно, старший лейтенант Кулаков по Вашему приказанию прибыл.

      - Немедленно в училище! – приказал начальник факультета.

      И опять на выручку Вите пришла Ира, вмешавшись в разговор двух офицеров:

      - Товарищ капитан первого ранга! Разве офицеры флота бросают своих дам посредине улицы?

      Иосиф Давыдович Земляк был очень тактичным и воспитанным офицером, как уже говорилось ранее.

      Немного оторопев, он взял себя в руки и, обращаясь к Ирине, произнес:

      - Вообще-то, этот субъект, по фамилии Кулаков, являетсякурсантом 4-го курса. Но, все же, Вы правы.

      Он остановил такси, и они отвезли Иру домой. Земляк не стал препятствовать молодым людям прощаться, но предупредил Ирину, что ее разлука с любимым Витей Кулаковым продлится как минимум три недели.

      В училище, бросив дежурному на КПП мичману фразу: «Этот со мной!», - Земляк и Кулаков направились на факультет.

      - Переодеться и ко мне, за пряниками! – только и сказал Иосиф Давыдович Кулакову.

      Переодевшись в робу, Кулаков вошел, с низко опущенной головой, в кабинет начальника факультета. Начальник сидел за столом. Спиной к двери сидел Витин командир роты капитан третьего ранга Жора Степанов.

      Витя, как положено, представился, и снова опустил голову.

      - Ну, и как Вас, Кулаков, теперь называть? – спросил начфак.

      Вместо Вити, не поворачивая в сторону последнего головы, ответил командир роты:

      - А зовут его, товарищ капитан первого ранга, «Капитан Клосс».

      - Не понял, - встрепенулся начфак, - что значит «Капитан Клосс»? Это еще кто такой?

      Георгий Вячеславович объяснил, что «Капитан Клосс» герой модного в то время польского сериала о разведчике, который для выполнения задания переодевался в немецкий мундир.

      - Ну, что ж, «Капитан Клосс» - это хорошо. Пусть будет Клосс, - произнес Иосиф Давыдович, и объявил Вите, как и обещал Ирине, три недели без берега.

      Если откровенно, то начальник факультета очень уважал и, по-своему, любил Витю за его незаурядные знания и хорошую службу. В одном из разговоров он даже пообещал выпустить Виктора из училища сразу старшим лейтенантом.

      Не выпустил.

      А «Капитан Клосс» отслужил на Северном флоте, много лет занимаясь судоремонтом, нося на груди Приказ ГК ВМФ №195 1973 года (О судоремонте).

      Он носил погоны и старшего лейтенанта, и капитан-лейтенанта….

      Сегодня он живет в Подмосковье. Воспитывает внуков.

      Но навсегда он остался, с легкой руки Георгия Вячеславовича Степанова, «Капитаном Клоссом», готовым вспомнить годы учебы и службы, поделиться своим опытом, а,если потребуется, то и прийти на помощь.

ДЯДЯ КОЛЯ ИЛИ КАКОЙ БЫВАЕТ ПРАКТИКА…

      Приехали на корабельную практику в Североморск. Разместили нас

в 21-м тамбуре Гвардейского Большого ракетного корабля «Гремящий», ошвартованного к

Первому-А причалу. Спали на матрасах, положив их прямо на палубу тамбура, а через переборку от нас спали зенитные ракеты. Только через несколько дней нас перевели во второй кубрик.   

      После нескольких выходов в море мы получили увольнительные записки и отправились в город Североморск.

      На деревянной лестнице, ведущей в северную цивилизацию, собралась небольшая группа из Феликса Витковского, Кольки Левушкина, Генки Денисова и Сашки Ильина.

      - Что-то уменя голова раскалывается, - вдруг проговорил Феликс.

      - Это, наверное, от вчерашней качки у Кильдина, - попытался того утешить Генка Денисов.

      - Нет, Гена,- грустно отозвался Феликс, - это от сегодняшней трезвости.

      Они поднялись по лестнице и увидели невдалеке вывеску«Гастроном».

      - Вот и блага северной цивилизации, ребята, - рассмеялся Левушкин, - все за мной.

      Они зашли в магазин и образовали очередь в отдел, хотя перед ними и стояли человека три, в том числе и моряк с погонами старшего матроса.

      Этот матросик попросил у продавщицы бутылку водки. Та, в ответ, попросила его подождать пару минут и упорхнула в подсобку.      

      Через эти пару минут она вышла к прилавку и поставила перед военмором требуемую бутылку водки. Матрос протянул продавщице деньги, запихнул бутылку во внутренний карман своего бушлата и собрался, было, уходить.

      Но в этот момент в магазин заходит военный патруль во главе с командиром трюмной группы

БРК «Гремящий» лейтенантом Шиц.

      Патруль подходит к отделу, и начальник патруля обращается к продавщице: «Где?» Та показала на матроса….

      - Все. У меня больше нет друзей, - прошептал Сашка Ильин.

      - Почему? -также шепотом спросил его Колька Левушкин.

      - Я не пью, -с сожалением прохрипел Сашка.

      - Нам, пожалуйста, 200 граммов конфет «Мишка на Севере», - протягивая продавщице деньги, попросил Гена, глядя на патрульных.

      Друзья вышли из магазина и остановились, переваривая увиденное. Они закурили и, молча,уставились друг на друга.

      - Да, ребята, «добрая» продавщица – главная причина выполнения плана гарнизонной комендатурой, - иронично засмеялся Феликс и показал пальцем в направлении здания ресторана, сияющего своими окнами, - может туда? – добавил он, уже хохоча.

      И все повернули головы в сторону ресторана.

      - Давно прибыли? – вдруг раздался незнакомый голос, - Откуда прибыли, ребята? – продолжил ласково этот же голос.

      Все обернулись.Перед ними стоял невысокий, в непонятномвозрасте, с приятным лицом мужчина - этакий домашний мужичок.

      Он улыбнулся:

      - Давайте деньги, я схожу. А вам туда нельзя, - промолвил домашний мужичок.

      Минут через десять он вернулся, неся в руках большую бутылку ямайского рома «Негро».

      Мы предложили ему выпить, но он сослался на то, что здесь многолюдно, что гуляет патруль, и предложил идти за ним.      

      Он привел нас к двухэтажному деревянному дому, в котором подъезды были по бокам фасада дома. Причем у подъездов были устроены, если так можно сказать, беседки, опутанные какими-то «северными лианами», закрывающими внутренность беседки от постороннего взгляда. Внутри оборудован столик и скамейки вдоль ограды беседки.

      Вот сюда нас и привел дядя Коля, как он нам представился.

      Он забежал на второй этаж к себе в квартиру, и через пять минут на столе в беседке появились моченые яблоки, соленые грибочки и куски копченого палтуса.      

      - Ну, дядя Коля, мы всякого повидали, но такого гостеприимства… - проговорил Коля Левушкин и развел руки, одновременно выставляя левую ногу вперед в средневековом поклоне.

      Выпили по первой. Закусили. Закурили. Вспомнили продавщицу из магазина. Налили по второй.

      - Эх, видел бы нас в данный момент начальник патруля лейтенант Шиц, - начал, было, Генка Денисов.

      Его перебил Феликс.

      - Ага! И препроводил бы нас, с огромным своим удовольствием, в комендатуру, - закончил он фразу, начатую Генкой.

      - Эт-то точно, - подал свой голос Саша Ильин и продолжил сквозь, внезапно начавшийся смех, - он кинулся бы к рыжему Феликсу на грудь (потому что он рыжий, высокий – самый из нас заметный) и прошептал бы:

«Не соизволите ли, уважаемые товарищи курсанты, проследовать, тэсэзэть, в гарнизонную комендатуру, где и пройдет некоторая часть вашей, тэсэзэть, практики…» И прослезится.

      И все подхватили Сашкин гомерический смех.

      - А чего далеко ходить? – вдруг подал голос дядя Коля, - Да, вот она – эта самая гарнизонная комендатура и гауптвахта при ней здесь же.

      Он раздвинул «северные лианы» и мы разом замолкли – метрах в пятидесяти от беседки, в которой курсанты Ленинградского Высшего военно-морского инженерного училища, в компании домашнего мужичка дяди Коли, пили ямайский ром «Негро», располагалось здание гарнизонной комендатуры.

      - Не боись, мужики, - с каким-то хриплым смехом проговорил дядя Коля, - Они здесь не ходят, туточки им не интересно. У них маршруты туточки не определены. Они там ходят, где народу много….

      С тех пор в увольнение мы ходили только к дяде Коле. Изредка, правда, посещая улицу Сафонова….

      Мы сдружились с семьей дяди Коли. Помогали делать уроки «Маленькому оболтусу», как называл своего сына дядя Коля, кололи дрова, застольничали уже не в беседке, а за семейным столом, и хохотали, слушая по радио прогноз погоды….

      - Сегодня в нашем городе минус пять градусов тепла, - комментировал его Сашка Ильин.

      Жаль только, что быстрее сроков практики закончились курсантские деньги…. А потом поезд умчал нас в Северную Пальмиру.

      КТО КУДА ИЛИ КОГО КУДА…

      «Флоту нужны не только грамотные, но и исполнительные офицеры»

      И.Д.Земляк      

      Многие из выпускников мечтали попасть служить на Северный флот.

      Посудите сами: час лёту до Питера, полуторный оклад и прочие бонусы. Да, желающих было много, а мест на том самом Северном флоте было мало. Вот ротный командир и ввел систему поощрительных баллов, которую вел на огромных размеров простыне. Это была хитрая система учета полученных средних баллов на экзаменах, всевозможных зачетах и прочих игровых моментах, которые должны были служить объективным поводом для распределения выпускников по флотам.

      Вроде, как демократия, открытость и гласность.

      Но как-то по весне, как раз при решении вопросов по распределению среди выпускников флотов, в роту прибег посыльный от дежурного по училищу, и, трясущимися губами, сообщает ротному, что его к прямому проводу требует Главнокомандующий Вооруженными силами стран Варшавского Договора маршал Советского Союза Куликов.

      Тот, естественно, мухой вылетел из канцелярии, полетел и влетел в рубку дежурного по училищу, где имел место интересный диалог:

      - Товарищ маршал Советского Союза, капитан 3 ранга Готальский по Вашему приказанию к телефону прибыл! (все это по стойке смирно)      

      - Товарищ Готальский, у вас служит курсант ……?      

      - Так точно, товарищ, маршал Советского Союза!!! (стойка – еще смирнее)

    - Куда он у Вас едет служить?      
      - На Тихоокеанский флот, товарищ маршал Советского Союза!!! (ротный – растущая вверх струна)      
      - Нет, товарищ Готальский! Это Вы едете служить на Тихоокеанский флот, а курсант….. едет служить на Север. Вам всё понятно?      

    - Так точно, товарищ маршал Советского Союза! На Северный флот за отличные показатели в БП, ПП, ФП и пр.пр.пр. (смирнее стоять невозможно, но ротный умудряется это сделать – маяк «Александрийский»)      

      - Вы всё правильно поняли, товарищ Готальский. До свидания.      

      Трубка на том конце была повешена еще до того, как ротный успел выдохнуть.

      И курсант …поехал служить на Северный флот, а ротный принял под свое командование очередную порцию будущих лейтенантов….

Продолжение следует...

Аннотация Части Второй - ФЛОТ И ОКОЛО НЕГО…

   Лейтенанты флота…

      На флоте не было бы адмиралов, если не было бы лейтенантов......

Когда мужчине шестьдесят...

(ЗЕВС)
54 Про мужчин 2016-01-26 1 4388

Посвящается мне.

Когда мужчине шестьдесят,
Другие тонус и палитра:
Он весь ещё цветёт как сад,
Но пьёт уже не больше литра.

Для детей после 16-ти лет.

35-я книга Евгения Запяткина (литературный псевдоним ЗЕВС – Запяткин Евгений Викторович Саратовский) включает в себя две тысячи поэтических миниатюр, которые автор называет ЗЕВСограммами.
Четверостишия Евгения Запяткина – средоточие глубокой мысли, сильного чувства и самобытного юмора. Многие катрены автора – задорные русские частушки.
    Автор приглашает читателя отвлечься от суровой действительности и погрузиться в мир розыгрышей, шуточных предсказаний, весёлых каламбуров, балагурства и куража, используя данную книгу как забавную игру. Для этого необходимо назвать номер страницы, графу и порядковое число четверостишия. Какой бы ни выпал приговор вашей личности и прогноз вашего будущего – всё следует воспринимать с чувством юмора и лёгкой иронии, и жизнь будет веселее, а настроение прекраснее.
Станислав Абрамов. ОТКЛИКИ. Стихи и пародии.
Издательство "АВТОР"

Друзья-сосайтники Хохмодрома!
Вы же и соавторы! Ибо мои "Отклики" возникли от Ваших кликов, которые заполнили первую часть книжки. Кто не верит, пусть проверит.

1.    Я б тоже отказался от котлет,
Рассола и домашнего печенья.
Но на развод отвечу твердо, – нет!
Жена не заслужила избавленья…

2.    От Юрия Завет читайте, люди,
И добавляйте святости себе!
Ведь эта штука посильнее будет,
Чем самый Краткий курс ВКП(б)!

Вторая часть сборника – МОЯ СОВРЕМЕННИЦА РУСЬ. То, что задевает нас.

Классик народный, бабуля Настасья:
"Любим за наше великое счастье –
Боженька выбрал российский народ.
Любит сильнее – больнее дерёт!"

Третья часть – юмористические баллады "КИНОМАРИНА". Про заокеанский поход крейсера "Грозный", на борту которого снимался фильм "Нейтральные воды".

Мегафон распространяет по всему причалу рёв.
ГКП один спокоен, и на нём – Кирилл Лавров,
Командира представляет, доложите, говорит.
У народного артиста натурально флотский вид…

Вот идет Фидель, шатаясь, по проходам нутряным,
Чрезвычайно побледнелый, укачался, видно, в дым.
Он заходит в ПЭЖ, где мирно спит механик, тих, как мышь,
Но немалый опыт службы, уверяю, не проспишь:
Я проснулся, удивился, рявкнул "Смирно!" А Фидель
Покачнулся и от страха на приборную панель
Завалился… Покушенье, может быть, – в который раз?

Последняя, четвёртая часть – "ПОЧТИ ВСЕ ДЛЯ ПОБЕДЫ В ТЕННИСЕ", стихи о ещё одной слабости автора. За неимением лучшего можно использовать в качестве пособия для тренировок. Второе место конкурса журнала "Теннис+". Пока в состоянье хотя бы вторую послать без затей оппоненту подачу, друзья, пусть как минимум, я существую, подруги, как максимум, что-нибудь значу.

Книгу можно купить в магазинах Москвы и СПб. В других городах – Через интернет-магазин, зайдя на страницу Жми сюда

Записки Ивана Сусанина

(Geom)
50 Иван Сусанин 2018-11-16 3 2164

Собственно, свершилось.
Затянувшаяся эпопея с выпуском моей книги «Записки Ивана Сусанина», включившей в себя 61 правдивую историю, охватывающую период от вторжения Батыя до операции ВКС в Сирии, подошла к концу.
Сегодня забрал тираж из типографии.

В этой книге события прошлого описаны не совсем так, а иногда совсем не так, как принято в официальной истории. Временами в записках прослеживаются параллели с трудами академика А. Т. Фоменко. Cам автор записок частенько предстаёт в них как пьяница, бабник, врун и хвастун, что не добавляет доверия к изложенному.
Но воспоминания непосредственного участника событий — важный документ, поэтому в настоящее время историки заняты сопоставлением свидетельств Ивана с другими источниками. Не исключено, что по результатам их работы учебники истории будут существенно скорректированы. Но школьникам и студентам пока всё-таки не рекомендуется изучать историю по этой книге: можно схлопотать двойку от какого-нибудь ортодоксального приверженца официальной точки зрения на факты из прошлого.
Чтобы хоть как-то обезопасить учащихся от подобных неприятностей, большинство рассказов Ивана снабжено историческими справками, взятыми из традиционных источников. Эти справки приведены в Приложении.

В свободную продажу книга не поступит, поскольку магазины дают слишком большую наценку — золотая получится. Так что, обращайтесь, если есть интерес.

О презентации книги объявлю позднее: пока сроки не согласованы.

В Москве издана 55-я книга Евгения Запяткина

В периодической печати, на популярных сайтах и в соцсетях поэт выступает под псевдонимом ЗЕВС – Запяткин Евгений Викторович Саратовский, которого многомиллионные поклонники не обходят вниманием за стихотворную отточенность, глубокий смысл, афористичность и неугасающий оптимизм его миниатюр-ЗЕВСограмм.
В Москве издана 55-я сатирико-юмористическая книга Евгения Запяткина под интригующим названием «А ты кто такая?», продолжающая серию изданий, в каждом из которых содержится по две тысячи новых четверостиший.
Данное издание – своеобразное исследование женского мира не только с лицевой, но и с изнаночной стороны. Несмотря на едкую мужскую иронию, книгу пронизывает весёлое настроение, добродушное и уважительное отношение к слабому полу. И если женщина называется богиней, то в это надо всем мужчинам верить и принимать как божественный подарок.
Автор изучает такое явление, как женское соперничество, где присутствуют и зависть, и желание «заткнуть за пояс» тех, кто кажется лучше и удачливее в этой проблемной и многотрудной жизни. Однако щепетильные вопросы, связанные с женской натурой, разрешаются автором светлой улыбкой и добродушным смехом.
Книги Евгения Запяткина выставлялись на Санкт-Петербургском международном книжном салоне, книжном фестивале «Красная площадь», Московской международной книжной выставке-ярмарке на ВДНХ.
ЗЕВС – член Московского клуба юмористов "Чёртова дюжина".
На сайтах интернета размещено 72 тысячи ЗЕВСограмм Евгения Запяткина. На его страницах www.stihi.ru 366 тысяч читателей, на www.hohmodrom.ru 7 миллионов 600 тысяч читателей.
    Книга предназначена для детей после 16-ти лет.

Издательство Российского союза писателей выпустило сборник моих поэтических экспериментов "Из тетрадей Льва Красоткина". Для сочувствующих моему стихотоксикозу даю ссылку на электронную версию.

Ларион Хряк надумал умирать. У него никогда не болело в боку, а тут вдруг заболело. Лёг Ларион на диван и стал дожидаться смерти. А чтобы зря времени не терять, принялся вспоминать прошлое. Поскольку жить, по его расчётам, оставалось немного, Ларион решил опустить пионерские и юношеские годы и начал с недавних событий.
      Неделю назад он поссорился с соседом слева Григорием. Тот попросил спилить ветку яблони, которая росла на меже и заслоняла окна его квартиры. Ларион отказал, хотя, по правде говоря, эта ветка нужна была ему, как пятое колесо телеге: на ней если и росло несколько яблок, то хорошо.
      Свояк Хряка Петро вот уже три дня с ним не разговаривает. Из-за щенка. Красивый щенок, злой. Продавать свояку вроде неудобно, а задаром Ларион пожалел отдать. Поэтому они и поссорились.
      И вот, значит, конец… А ведь собирался Хряк жить долго. Отец его жил долго, мать долго. А он, Ларион, уходит неожиданно в расцвете лет, не помирившись с Петром и Григорием. Не в силах переносить душевные муки, умирающий оторвал голову от подушки и позвал: "Клава!"
      - Чего тебе? – откликнулась дочь, появившись на пороге комнаты.
      - Клавушка, - нежно произнес отец (не привыкшая к такому обращению, дочь оторопело
вытаращила глаза), - сделай доброе дело. Спили ты эту проклятую ветку. Чтоб свет человеку не заслоняла.
      Дочь ещё больше вытаращила глаза, но ничего не сказала.
      - И щенка нашего Петру отдай. Пусть забирает, на память…
      - Всё, что ли? – спросила Клава.
      - Всё, доченька, иди.
      Будто камень свалился с души у Лариона.
      "Так оно будет лучше, - удовлетворённо подумал Ларион. – А то сколько её, той жизни?"
      …От этих мыслей в боку у Хряка болеть перестало. Он потрогал другой бок: может, туда перешло? Нет, тоже в порядке. Ларион осторожно спустил ноги с дивана. А как, интересно, с внутренностями, с лёгкими, например? Хряк набрал в них воздуха и…
      - Клавка! – послышался его могучий рёв.
      Дочь снова возникла на пороге.
      - Ты ветку ещё не трогала?
      - Не успела.
      - И не надо. И щенка не отдавай.
      - Это почему? – поинтересовалась дочь.
      - Потому, - аргументированно ответил отец. – Ступай.
      А сам отправился во двор.
      Ларион Хряк по-прежнему собирался жить долго.

Известный своим поэтическим и литературоведческим творчеством ЗЕВС (Запяткин Евгений Викторович Саратовский) выращивает на своём дачном участке не только жёлтые арбузы, но и создаёт необычные строительные конструкции. Он выложил из красного кирпича настоящую русскую печь, облицевав её битым кафелем трёх цветов — под флаг России.
Его 54-я сатирико-юмористическая книга продолжает серию изданий, в каждом из которых содержится по две тысячи новых четверостиший-ЗЕВСограмм.
Миниатюры ЗЕВСа отличаются смысловой и эмоциональной насыщенностью, образной выразительностью и пословичной афористичностью.
Книга ЗЕВСа – это не только увлекательное чтение, но и забавная игра в отгадывание судьбы и поворотных моментов в жизни с ориентацией на балагурство и кураж. Для этого надо выбрать страницу, колонку и четверостишие по порядку.
Книги Евгения Запяткина выставлялись на Санкт-Петербургском международном книжном салоне, книжном фестивале «Красная площадь», Московской международной книжной выставке-ярмарке на ВДНХ.

МОИМ ЧИТАТЕЛЯМ
Веду я с Музой разговор,
То вдруг согласие, то спор,
Внимаю иногда укор
Капризной этой дамы.
Всё в книге изложив, как есть,
Мы с Музою имеем честь,
А вам советую прочесть
Я на правах рекламы.
Уверен я - со всех сторон
Мой будет труд вознаграждён,
И, может, вам сгодится он,
Когда в часы досуга,
Усевшись с книгой у огня,
С улыбкой вспомните меня,
В душе своей тепло храня,
Пусть за окошком вьюга.
Но стон её не слышен вам.
Пусть заметает по углам,
А мы толкуем по душам
И вот теперь на взлёте
Пишу я, в бездну рифм упав,
И чуточку мудрее став,
А вы, увидев, что я прав,
Стихи мои прочтёте.

Книга "ГОРЫ УХОДЯТ В НЕБО" Стихи и рассказы. Издательство "Порт приписки", Москва.
Предисловие: Юрий Викторов, Стас Овечкин, Раиса НУР, Наталья Кучер, Владислав Шадрин.
Обложка: Александр Окропиридзе
Рисунки: Иван Анчуков, Сергей Сероухов, Александр Галаганов
Редактор Татьяна Крмилицына
Книга почтой или при личной встрече! Пишите! Вотсап, Телеграмм +79857294216

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.